Причины и итоги мартовских протестов в Грузии

Антон Евстратов

Протесты в Грузии, несмотря на свою медийность, обеспеченную в значительной степени западными, либо прозападными грузинскими СМИ, не выполнили своей основной задачи – подрыва позиций правящей партии «Грузинская мечта» и ухода в отставку правительства.

Начавшиеся из-за угрозы принятия парламентом закона об иностранных агентах, что создавало опасность для деятельности целого ряда средств массовой информации и некоммерческих организаций, акции быстро радикализировались. В основном законопроект был нацелен на структуры оппозиционной направленности, резко критиковавшие правительство и его умеренный курс с прозападных позиций.  В число иностранных агентов, например, могли попасть Transparency International и Международное общество справедливых выборов и демократии.

Мотивацию партии власти, касаемо введения нового закона красноречиво выразил председатель правящей партии Ираклий Кобахидзе, заявивший, что внешнее финансирование организаций, требующих отставки действующего правительства, для властей неприемлемо.

Уже 7 марта противники курса «Грузинской мечты» и конкретно указанного законопроекта пытались взять штурмом здание Парламента. Протестующие, судя по их многочисленным высказываниям, скурпулезно собранным и опубликованным СМИ, в основном не сомневались, что речь идет о возможном принятии пророссийского закона по конкретному российскому образцу. Вместе с тем, законы об иностранных агентах, зачастую, куда более жесткие, чем в РФ, действуют в целом ряде Западных стран, включая Соединенные Штаты (закон о регистрации иностранных агентов (FARA)был принят в США в 1938 г.). В последнее время такого рода законопроект обсуждается и в Европарламенте.

Несмотря на то, что вызвавший столь яростное неприятие общества проект вскоре был отвергнут в парламенте, протесты продолжились и в следующие дни, причем радикальность требований собиравшихся с центре Тбилиси активистов росла по мере уменьшения их количества. В итоге имели место призывы к отставке правительства и возврата Абхазии и Южной Осетии под грузинскую юрисдикцию. Каким образом второе должно было быть сделано конкретно, протестующие не уточняли, однако, очевидно, что речь шла об открытии «второго фронта», после украинского, в борьбе против России.

Эти требования и явно недостаточное количество протестантов в итоге и сыграли ключевую роль в поражении уличных протестов и их неспособности выполнить задачу-максимум (свержение власти). Дело в том, что, несмотря на все проблемы и падение популярности «правящей партии», для значительного числа грузинских граждан очевидна безальтернативность ведущейся «Грузинской мечтой» прагматичной политики.

У Грузии объективно нет сил на военное противостояние с РФ, и реализация такого рода сценария может легко привести грузинскую армию и государство в целом к катастрофе. Более того, даже присоединение Тбилиси к основному массиву антироссийских санкций сопряжено с серьезнейшими трудностями, т.к. Россия на данный момент – главный торговый партнер Грузии. Двусторонний оборот между странами за два первых месяца 2023 года равняется 467 млн. долларов, что почти в 2 раза больше того же показателя годичной давности. И это не считая российского туризма в Грузию, также приносящего стране серьезную прибыль, и доходов от транзита российских грузов в Армению и армянских – в Россию.

Именно поэтому спикер грузинского парламента Шалва Папуашвили отмечал, что, в случае присоединения Тбилиси к санкциям, вместо 10% экономического роста, Грузия получила бы 10%-й спад, что неминуемо привело бы и без того небогатую республику к серьезнейшим проблемам – не только чисто экономическим, но и социальным.

Значительная часть грузин, особенно старшее поколение и люди средних лет, помнят голодные и страшные 90-е и начала 2000-х и, сдобренные войнами в Абхазии и Южной Осетии, гражданской войной в самой Грузии и разгулом организованной преступности, и не готовы допустить их повторения. Неудивительно, что основной частью протестовавших радикалов являлась молодежь.

Вместе с тем очевидно, что, в случае ухода «Грузинской мечты» и реализации упомянутого выше «конфликтного сценария», Тбилиси ни на шаг не приблизится к интеграции с Евросоюзом, в провале которой оппозиция упрекает действующие власти, — нищее, раздираемое внутренними противоречиями и войной с сильным соседом государство ЕС попросту не нужно, т.к. и близко не может соответствовать европейским стандартам.

Напомним, что летом 2022 года Грузии было отказано в получении статуса кандидата на вступление в ЕС, вследствие невыполнения Тбилиси ряда необходимых условий. Еврокомиссия тогда рекомендовала республике доработать целый ряд сфер, выпустив документ, условно названный  «12 рекомендациями». Это решение вызвало антиправительственные митинги, также  не имевшие решающего успеха.

В этой связи, несмотря на политическую апатию и разочарование значительной части населения всеми политическими силами, неудивительны данные экзитполов, говорящие о более, чем 30%-й поддержке «Грузинской мечты», в то время, как коалиция оппозиционных сил, ведомая основанным одиозным М. Саакшвили «Единым национальным движением» не может похвастаться более, чем 7% избирателей.

Отметим, что и Россия, и страны Запада отреагировали на происходившее в Грузии. Так, 10 марта министр иностранных дел РФ Сергей Лавров указал на внешний источник грузинских протестов, а также назвал их целью вступление Грузии в войну с Москвой и сравнил с украинским Майданом 2014 г. В России не могли не обратить внимание и на наличие в рядах протестовавших в Тбилиси российских релокантов, массово переехавших в Грузию, однако какой-либо официальный реакции на это пока не последовало.

Глава же европейской дипломатии Жозеп Боррель еще 7 марта отметил, что вызвавший протесты законопроект противоречит европейским нормам, а его принятие навредит отношениям Евросоюза с Грузией.

Большое влияние на грузинскую политику окажет итог украинского противостояния и ситуация в России, т.к. это определит общую обстановку в регионе и политику Москвы в отношении Южного Кавказа, и даже социальные внутригрузинские реалии, испытывающие на себе последствия массовой релокации россиян. Вместе с тем, на ближайшее время у «Грузинско й мечты» остаются рычаги управления ситуацией в стране, и при наличии технической возможности РФ оказывать влияние на обстановку в соседней республике и ограниченности инструментарии стран Запада, в случае консервации действующего положения оно останется сравнительно благоприятным для властей и желательной для Москвы.

Автор: Антон Евстратов (российский историк, публицист и журналист, проживающий в Армении, преподаватель кафедры всеобщей истории и зарубежного регионоведения Российско-Армянского университета в Ереване).

(Мнения, выраженные в этой статье, принадлежат только авторам и не обязательно отражают точку зрения World Geostrategic Insights)