Последствия спецоперации России на Украине для евразийского пространства

Антон Евстратов

Российская операция на Украине и спровоцированное ей противостояние России и коллективного Запада отразилось и на пространствах Евразии, фактически, поставив целый ряд стран перед выбором между Москвой и Вашингтоном.

Военные действия в центре Европы, а также введенные США и их союзниками антироссийские санкции сказались на огромных пространствах —  от Германии до Японии, причем, реакция на сложившуюся ситуацию именно этих далеких друг от друга стран оказалась крайне схожей. Так, обе они, после поражения во Второй мировой войне, придерживаясь в целом пацифистских внешнеполитических установок, пересмотрели их. 

Германия вначале открыто обвинила РФ в агрессии, затем объявила об усилении своих вооруженных сил, и в итоге анонсировала увеличение военных расходов до 2 процентов от ВВП. Более того, Бундесвер немедленно получил от государства транш в 100 миллиардов долларов для переоснащения своих мощностей. Примечательно, что на данный момент уровень военной подготовки и вооружения ВС Германии оценивается даже ее военными экспертами как неудовлетворительный. Вместе с тем, нуждающийся в российских энергоносителях Берлин не может полностью порвать с Москвой, хотя и предпринимает для этого некоторые шаги – в частности, речь идет о строительстве двух дополнительных хранилищ для хранения сжиженного природного газа. 

Япония также решительно осудила российскую военную акцию на Украине, после чего поддержала западные санкции против РФ, включая даже те, что чувствительно ударят по японской экономике. В частности, речь идет о нефтегазовых проектах Сахалин-1 и Сахалин-2,  в которых участвуют японские компании SODECO, Mitsui & Co. и Mitsubishi Co, и которые обеспечивают значительную часть потребности страны восходящего солнца в энергоносителях. Японская автопромышленность, представленная на российском рынке компаниями Mitsubishi Motors Co, Nissan Motors Co и Toyota Motors Co, которые, помимо продажи своей продукции в РФ, имеют там свои заводы, также пострадает от ухудшения отношений между двумя странами. Токио был одним из главных инициаторов отключения России от международной системы банковских переводов SWIFT, однако санкции против российской банковской системы, пусть и частичные, в итоге создали проблемы для японских же компаний, оперирующих на российском рынке, и с трудом получающие оплату за свои товары и услуги. 

Россия – второй поставщик угля и пятый – нефти и сжиженного газа в Японию, и присоединение к антироссийским санкциям неминуемо поражают и энергетический сектор страны. Токио, по-видимому, готов на такие издержки. Более того, в стране вновь начались разговоры об увеличении военного бюджета, а Украина получила от нее в помощь военное оборудование, включая бронежилеты и каски. Вскоре ожидается получение Киевом от Токио 100 миллионов долларов безвозмездной помощи, а также такой же суммы в качестве кредита – на борьбу с «российской агрессией».

Крайне негативной оказалась и реакция страны восходящего солнца на решение российского руководства о приведении в боевую готовность стратегических сил ядерного сдерживания. В связи со столь враждебной линией внешней политики Японии в целом не стоит удивляться и российскому ответу, самой чувствительной частью которого стал отказ от переговоров по мирному договору между двумя странами – до сих пор отсутствующему. Прежде всего, это означает закрытие Москвой вопроса о Курильских островах, принадлежность которых России Токио оспаривает с самого окончания Второй мировой войны – даже несмотря на свое в ней поражение. 

Что касается ядерных опасений Японии, то в настоящее время есть некоторые шансы на то, что с Россией сблизится и главный их источник – Северная Корея. До сих пор Пхеньян воздерживался от каких-либо однозначных заявлений по российско-украинскому конфликту, зато на днях успешно испытал новую баллистическую ракету. Она упала в территориальных водах Японии, ожидаемо вызвав осуждение и Токио, и Вашингтона. В России, в свою очередь, раздаются голоса о необходимости сближения с Северной Кореей и отказа Москвы от поддержки международных санкций, действующих в отношении этой страны. Соответствующее мнение высказал, например, депутат Госдумы Казбек Тайсаев. Вместе с тем, очевидно, что для РФ такого рода сближение не является сколько-нибудь ощутимой потребностью, и если оно и произойдет, то, скорее всего, лишь в контексте общего сближения с Китаем – основным союзником и партнером КНДР.

КНР,  в свою очередь, испытывая затруднения от антироссийских санкций, не только не отказался от партнерства с Москвой, но и выпустила ряд антизападных заявлений, а также отметил необходимость восстановления своего суверенитета над Тайванем. Россия и Китай в настоящее время не просто связаны экономически (хотя экономические связи двух стран присутствуют практически во всех ключевых отраслях – от нефтегазового сектора до высоких технологий), они имеют схожее отношение к проблемам суверенитета и территориальной целостности. Более того, именно Москва с Пекином являются основными акторами и проводниками построения евразийской экономической, а в перспективе – и политической системы, которые имеют шансы на фоне обострившегося противостояния с Западом выстроиться в альтернативный полюс, новый центр силы, способный на равных или почти на равных противостоять американоцентричной части Земного шара. Через Россию проходят китайские транспортные проекты, две этих страны сотрудничают в Центральной Азии и на Ближнем Востоке, и имеют уже значительный позитивный опыт в данной сфере. Логичен перенос этого сотрудничества и на более глобальный, общемировой уровень. 

Крайне показательным моментом является то, что в свете разворачивающегося конфликтам, по одну сторону складывающейся глобальной «линии фронта» с Китаем оказывается и его метафизический и геополитический противник – Индия. Последняя не только отказалась присоединиться к изоляции России на международной арене, но и изъявила желание проводить расчеты с Москвой в национальных валютах, нанося, таким образом, удар по гегемонии доллара в мировой финансовой системе. Мотивация Нью-Дели состоит в том, что его армия в основном вооружена и продолжает вооружаться именно российским оружием – в 2021 году Владимир Путин и премьер-министр Индии Нарендра Моди подписали соглашение о военно-техническом сотрудничестве на ближайшие 10 лет. Более того, Москва последовательно поддерживает Дели в Кашмирском вопросе, и даже блокировала ранее антииндийскую резолюцию Совбеза ООН по данному региону. Очевидно, что подходы стран к вопросам территориальной целостности и защиты соотечественников также схожи, поэтому отказ Нью-Дели от осуждения РФ на площадке Генасамблеи ООН вполне объясним.  От РФ зависят и более локальные интересы Индии – в частности, экспорт продукции ее военной промышленности – в настоящее время в этой сфере заключен лишь один контракт, с Филиппинами, и касается он произведенных совместно с Россией сверхзвуковых ракет BrahMos. Вне сомнения, США и их союзники – также важные партнеры Нью-Дели, в том числе и в военно-технической сфере, но объемы поставок противостоящих сторон, их опыт взаимоотношения с Индией таковы, что выбор правительства Моди оказался предопределен. Кроме того, индийские власти не без оснований рассчитывают на то, что США, понимая безальтернативный характер взаимоотношений Нью-Дели с Москвой, не станут пытаться их блокировать и налагать на индийскую сторону санкции, опасаясь окончательно потерять столь ценного и перспективного партнера. 

Парадоксальным может стать и появление на стороне России и Индии главного противника последней – Пакистана. С одной стороны он – союзник КНР, во многом зависимый от Поднебесной. С другой, Исламабад переживает ухудшение своих отношений с США, которые сейчас заменены в бедном Пакистане китайцами практически во всех сферах – от военной до гуманитарной. В этой связи объяснимо появление в Москве пакистанского премьер-министра Имран Хана в первый день российской военной операции на Украине.

Колеблющуюся позицию по поводу присоединения к одному из центров тяжести мировой политики занимает Турция. Осуждая присоединение к РФ Крыма и поставляя Украине беспилотники «Байрактар» и иную военную продукцию, Анкара, однако, воздерживается от открытой враждебности по отношению к РФ  в данном конфликте. Более того, Турция рассчитывает на роль модератора в российско-украинских переговорах, практически непрерывно комментируя позиции сторон, их переговоры и точки соприкосновения. Впрочем, в случае ужесточения противостояния, Анкаре также придется сделать выбор, который в локальном плане может быть пророссийским, но глобально неминуемо антогонистичен Москве – Турция рассчитывает на проникновение в российскую сферу влияния на Южном Кавказе, где она совместно с Азербайджаном оказывает давление на российского союзника Армению, имеет интересы в Центральной Азии и даже на территории самой РФ.   Турецкие интересы включают в себя и Крым, о чем официальные лица Турции время от времени позволяют себе заявлять. В этой связи можно прогнозировать итоговое российско-турецкое столкновение, в котором Анкара постарается воспользоваться помощью Запада, либо будет действовать самостоятельно, но случится это относительно не скоро.

Для Центральной Азии российско-украинское противостояние означает по крайней мере формальную поддержку Казахстаном, Таджикистаном и Кыргызстаном – союзниками РФ по ОДКБ, российской политической линии. Лояльность к последней КНР станет для этих стран дополнительным мотиватором. Похоже будет вести себя и Узбекистан, для которого РФ является ключевым военным и первым экономическим партнером. Для Казахстана это актуально еще и на фоне недавних кровавых столкновений и получения страной помощи ОДКБ. Что касается других стран, то их зависимость от России выражается, прежде всего, в военно-политической сфере, а также в социально-экономической – речь идет о миллионах трудовых мигрантов из Узюекистана, Таджикистана и Кыргызстана, работающих в России и отправляющих на Родину денежные переводы. Вне сомнения, падения курса рубля и связанный с этим, а также с антироссийскими санкциями, рост цен, затронет все страны Центральной Азии. Единственной страной, имеющей значительный запас прочности в этом плане является Казахстан, однако и он может столкнутся  с социальными проблемами на фоне не до конца урегулированных после прошедших столкновений противоречий в обществе и возможных трудностей с экспортом нефти.  Вместе с тем, пророссийский курс для указанных государств, по сути, безальтернативен, т.к. ни США, ни ЕС, попросту не имеют равного китайскому и российскому влияния в регионе. КНР, выступая в действующем противостоянии на стороне РФ, в свою очередь, имеет возможность компенсировать государствам ЦА их экономические потери на фоне антироссийских санкций, однако, вынужденная перестраивать в новых реалиях и свою экономику, делать это станет лишь дозировано и по крайней необходимости. 

Автор: Антон Евстратов (российский историк, публицист и журналист, проживающий в Армении, преподаватель кафедры всеобщей истории и зарубежного регионоведения Российско-Армянского университета в Ереване).