Чем обусловлен интерес США и Израиля к Африке?

Интервью с Рашидом Мухаммедом Ибрагимом аль-Рашидом — Интерес США и Израиля к Африке обусловлен реализацией новой стратегии, с точки зрения геополитики, в отношении «коричневого» континента. В рамках данной стратегии Вашингтон и Тель-Авив стремятся усилить своё влияние на Большой Ближний Восток с целью вытеснения оттуда России и Китая. Эта стратегия представляет собой символ новой эпохи американо-израильской экспансии в Африке. Стремление администрации Белого дома и премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху закрепить свои позиции на африканском континенте является как проявлением конкуренции по отношению к Москве и Пекину, так и ярким признаком трансформации международной стратегии, в которой особ роль играет влияние на страны «третьего мира».

Специально для World Geostrategic Insights Денис Коркодинов говорил об этом с политологом Рашидом Мухаммедом Ибрагимом аль-Рашидом (Rashid Muhammad Ibragim al-Rashid).

1. 15 февраля 2020 года госсекретарь США Майк Помпео начал своё африканское турне, в рамках которого ор посетил Сенегал, Анголу и Эфиопию. Эксперты отмечают, что этот шаг происходит на фоне обеспокоенности американцев растущим влиянием Китая и России в Африке, особенно в этих трех ключевых странах. Как США могут противостоять Китаю и России в Африке? Насколько вероятно то, что после визита Майка Помпео в Сенегале, Анголе и Эфиопии могут начаться социальные беспорядки, направленные, прежде всего, против Москвы и Пекина?

RASHID MUHAMMAD IBRAGIM AL-RASHID: Интерес Вашингтона к Африке является частью внешнеполитической стратегии США в отношении «коричневого» континента, объявленной с декабря 2018 года, в которой Китай и Россия классифицируются как враги американского благосостояния. США стремятся ограничить роль русского «медведя» и китайского «дракона» в джунглях Африки с помощью двух основных правовых средств, имеющих экономическое содержание, а именно: посредством реализации законодательных мер, утвержденных Конгрессом, до 2028 года лишить Китай и Россию каких-либо конкурентных преимуществ в отношении товаров, инвестиций и долгосрочных займов. Однако эта политика сталкивается с некоторыми практическими трудностями, а именно с тем, что европейские союзники США, которые заинтересованы в дружбе с Москвой и Пекином, имеют колониальную историю влияния на африканский континент, в связи с чем Вашингтону очень сложно создать им здесь реальную конкуренцию.

Между тем, с точки зрения инфраструктурных проектов, особенно строительства и развития автомагистралей, железных дорог, морских портов и рынка вооружений Россия и Китай могут изменить ситуацию, если они будут лучше использовать мягкую силу в Африке.

Визит госсекретаря США Майка Помпео в Эфиопию является продолжением африканской политики Вашингтона. Эфиопия представляет собой важный показатель политической ситуации во всех африканских странах. Помимо прочего, она является центром управления арабо-африканским конфликтом на фоне водной и портовой войны с Египтом и Суданом. Также Эфиопия играет центральную роль в политике США в связи с близостью с Джибути, штаб-квартирой американского военного командования в Африке, которая призвана обеспечивать безопасность в Персидском заливе, где присутствуют американские интересы.

Вероятность социальных волнений после африканского «сафари» Майка Помпео крайне высока, особенно в Западной Африке. И здесь угроза визита Помпео в Сенегал и Анголу очевидна, потому что то, что США могут сделать под предлогом борьбы с терроризмом, очень опасно.

Примечательно, что администрация  Белого дома в Западной Африке работает над созданием центров военных наблюдений и указывает на противоположность своей стратегии в Восточной Африке, которая имеет тенденцию к крупным военным базам, как это происходит в Джибути.

Силы АФРИКОМ отделяет от китайской базы всего 5 километров. Поэтому то, что активизация американской политики в отношении Африки преследует цель оказать давление на Пекин, более чем очевидно.

Что касается Западной и Центральной Африки, США работает здесь над эскалацией конфликтов, задействуя экстремистские группы, чтобы играть ведущую роль в  достижении целей против китайско-российских интересов. И я имею в виду активное использование террористических движений «Боко Харам» и «Силика». Это создаёт реальную угрозу российской военной базе в суданском города Ум-Дафук.

2. 3 февраля 2020 года во время своего визита в Уганду премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху встретился с главой Суверенного совета Судана Абделем Фаттахом аль-Бурханом. Это стало символом нового этапа влияния Израиля на африканский континент. При этом посредником между Тель-Авивом и странами Африки выступили Объединённые Арабские Эмираты. Почему Израиль проявил большой интерес к Африке, в целом, и к Судану, в частности? Существует мнение, что посредством Израиля Суверенный совет Судана намерен добиться ограничения американских санкций. В обмен на это Абдель Фаттах аль-Бурхан, скорее всего, создаст для Израиля особые привилегированные условия в Хартуме и, вероятно, согласится на открытие израильской военной базы в Судане. Что вы думаете об этом? Какой интерес преследуют Объединённые Арабские Эмираты в Африке?

RASHID MUHAMMAD IBRAGIM AL-RASHID: Встреча премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху в Уганде проходила при участии суданского посредника еврейского происхождения и поддержке Объединённых Арабских Эмиратов. Эта встреча стала причиной раздора в суданском общественном мнении. В частности, многие эксперты выдвинули мнение о том, что эта встреча не приведёт к исключению Судана из списка стран, спонсирующих терроризм. При этом экономический эффект от этой встречи остаётся сомнительным по сравнению с тем, что Израиль делает для Египта, Чада, Эритреи и Южного Судана.

Официальные лица в переходном правительстве утверждают, что Биньямин Нетаньяху ведёт переговоры об открытии израильской военной базы в Судане. Это было результатом секретного соглашения между Израилем, США и Объединёнными Арабскими Эмиратами.

Что касается посредничества ОАЭ в израильском присутствии в Африке, то оно касается открытия офисов государственных служб, которые занимаются реализацией интересов эмиратов в мире и улучшают их имидж.

3. Недавно президент Южной Африки Кирилл Рамафосу принял председательство в Африканском Союзе на саммите в Аддис-Абебе. Кроме того, южноафриканский лидер отметил, что его страна «сыграет свою роль в углублении процессов обзора и увеличении масштабов реализации мер, необходимых для улучшения управления» через Африканский механизм коллегиального обзора. Означает ли это, что Южная Африка готова возглавить процесс африканской интеграции? Удастся ли Кириллу Рамафосу существенно изменить международный имидж Африки и способствовать деэскалации региональных конфликтов?

RASHID MUHAMMAD IBRAGIM AL-RASHID: Роль Кирилла Рамафосу в Африканском Союзе является результатом саммита в Лусаке о необходимости структурной реформы, особенно в областях управления, которые привели к созданию свободных зон и пересмотру исполнительных функций союза.

Тем не менее, председательство Южной Африки в Африканском Союзе, скорее всего, будет затруднено, если страны союза не смогут преодолеть давние разногласия и начать политику консенсуса. В крайнем случае, этим странам нужно договориться о нейтрализации негативного влияния на единство Африки. Если этого не произойдет, Кирилл Рамафосу вряд ли сможет осуществлять свою дипломатическую миссию в течение долгого периода времени, поскольку сейчас его возможности крайне ограничены.

4) Ряд международных политиков, и, в частности, председатель комитета Сената США по вооруженным силам Джеймс Инхоф, считает, что вывод американских вооруженных сил в Западную Африку будет иметь «реальные и длительные негативные последствия» для всего континента. Так ли это на самом деле Имеет ли американское военное присутствие положительное или отрицательное влияние на Африку? Смогут ли Россия и Китай вытеснить США из Африки?

RASHID MUHAMMAD IBRAGIM AL-RASHID: Американское военное присутствие в его нынешней форме и инструментах представляет угрозу для африканского континента, поскольку оно основано на стратегии «разделяй и властвуй», которая является продолжением наследия древнего европейского колониализма.

Конфликт между Россией, Китаем и США — это борьба за доходы. И этот конфликт может перерасти в борьбу за выживание, когда мы сможем говорить о возможности вытеснения Москвы и Пекина или США из Африки. В любом случае, это борьба приведет к полной трансформации всей системы геополитики, которая, неизбежно отразится на африканском континенте.

Денис Коркодинов 

Имидж Кредит: Reuters

читать по-английски: What determines the interest of the USA and Israel in Africa?

ВАМ ТАКЖЕ МОЖЕТ ПОНРАВИТЬСЯ: Смогут ли США создать позитивные условия для развития Африки?